Интервью С Игорем Кавалерой (Igor Cavalera).
Спустя 12 лет бывшие члены Sepultura братья Max и Igor Cavalera наконец забыли о своих разногласиях и снова играют вместе. Теперь их группа называется Cavalera Conspiracy. Mikedolbear.com задал несколько вопросов Игорю.
Как ты стал барабанщиком?
Я начал играть очень рано, когда мне было 7 лет. Я полюбил барабаны, когда стал ходить на футбол в Бразилии. Там обычно много барабанов в толпе. Каждый человек приносит барабан, и начинается самба. Когда я был маленьким, я ходил на все игры с моим папой, и иногда я прекращал наблюдать за игрой и начинал наблюдать за барабанщиками. Однажды мой папа увидел, что я просто загипнотизирован ими и спросил, хочу ли я играть, и я сказал: «Да». Потом, когда мне было 11 или 12 лет, мы с Максом начал играть в группах, и затем мы подумали, что мы должны сформировать собственную группу. К тому времени я играл на барабанах лучше чем Макс. Макс тоже хотел быть барабанщиком, но ему ничего не оставалось, как стать гитаристом.
И как все началось с Sepultura?
Невероятно, но у меня очень долго не было своих барабанов. Даже когда мы записывали первый альбом Sepultura, у меня не было полного комплекта, только некоторые его части. У меня был малый барабан, один напольный том и одна тарелка. Вот так мы и репетировали. Когда я вошел в студию для записи первого альбома, я подумал: «Дерьмо, вот стоит настоящие барабаны, но что я с ними буду делать?» Это было реальное дерьмо, но в то же время это заставило меня быть более творческим. Сегодня я много использую томы потому, что в те дни я все играл руками. Вот так все начиналось.
Какова была сцена в Бразилии, когда Вы начинали?
Фактически не было никакой сцены. Была немного рока, но материал, который мы делали с Sepultura в 1983 и 1984 годах был для всех в новинку. Люди постоянно спрашивали: «Что, черт возьми, Вы парни, делете? Как назвать музыку, которую Вы играете?» Мы играли на одном фестивале там были панки, которые сказали нам, что им нравится наша музыка, но им не нравится, как мы выглядим. Мы играли панк, но у нас были длинные волосы. Вот так мы попали меж двух огней. Металлисты не любили нас за то, что мы играем панк, а панки не любили нас за длинные волосы.
Когда Вам 14-15 лет, я думаю, что это действительно хорошо, потому что, если бы все любили нашу музыку, это было бы скучно. Пришлось бы выдумывать что-то еще. Это общее к нам отношение было топливом для нас, заставлявшее сделать что-нибудь более экстремальное. Поэтому, не было никакой сцены, были только мы. Потом наши друзья стали формировать разные группы, и только потом появилась сцена.
Ты много занимался на барабанах в молодости?
С Sepultura мы очень много репетировали. Я и Макс проводили в гараже целые дни напролет и играли. В 15-16 лет мы играли каждый день. Сегодня я не занимаюсь на барабанах. У меня в доме много всякой перкуссии. Мне хватает таких занятий.
Где-то было написано, что ты изменил свой способ игры на барабанах.
Мне надоело играть так, как я играл раньше. Я нуждался в новой мотивации. Поэтому я расставил свои барабаны по-другому. Теперь я должен повторно узнать, как играть мои песни, потому что это действительно не удобно.
Это похоже на попытку стать леворуким барабанщиком?
Почти. Мне нравится этот новый вызов.
Действительно ли это помогает быть более творческим?
Да, я думаю, что это заставляет меня делать что-то другое, потому что иногда я могу стать немного ленивыми.
Cavalera Conspiracy записали альбом Inflikted. Как вы снова решили объединиться с Максом?
Мы вообще-то с ним браться. У нас были сложные отнгошения одно время, и затем он подошел ко мне и сказал, что у него есть много гитарных рифоф и что он хочет играть вместе. Я сразу согласился. Мы просто поговорили по телефону и все сразу решилось. Я прилетел в студию. Мы без всяких репетиций сделали живой альбом. Позже мы выбрали из всего материала то, что нам больше всего понравилось. Это не похоже на нормальную группу. Мы просто тиграем в студии и потом слушаем, что получилось.
Это чем-то похоже на Sepultura и Soul Fly?
Нет. В тех группах мы садились и делали песни. В данном случае Макс имел готовые рифы, я имел готовые биты. Мы просто пришли в студию и сыграли все это. Я не знаю, получится ли у нас что-то подобное снова.
А что насчет Sepultura, раз уж вы с Максом снова вместе?
Мне очень нравится играть с Максом все песни Sepultura, который мы написали вместе. Все возможно. Мне нравится играть вместе с братом.
Как ты сочиняешь барабанные партии?
Сейчас я сыт по горло рок драммингом. Я думаю, что сегодня все это уже скучно. Рок барабанщики потеряли душу. Они превратились в роботов. Я слышал много грутых ритмов в электронной музыке, которые сделали не барабанщики. Для меня это более интересно, чем некоторые барабанщики сегодня. Для меня, последний истинный барабанщик, которого я видел, был парень из группы Mastodon, но в то же время это мой стиль, потому что он такое впечатление, что в каждой песне он играет соло. Я люблю барабанщиков, которые экспериментируют с музыкой. Bill Ward например. Его и некоторых других барабанщиков. То, что они делают очень опасно. Они могут показаться либо очень крутыми, либо очень глупыми. Я тоже пробую работать в этом направлении.
В последнее время ты многое перенял из барабанного искусства аборигенов?
Я думаю, что группа Roots дальше всех продвинулась в этом направлении. Они собрали звуки со всех континентов и экспериментировали с ними. Но сегодня я большее значение уделяю ритмической основе песен. Все хорошие песни построены на хорошем ритмическом рисунке. Независимо от того, в каком стиле музыки Вы играете, иногда только малый барабан и бочка заставляют Вас двигаться.
У тебя есть другие музыкальные проекты?
MixHell - это проект, который я делаю с моей женой. Это - электронная музыка. Я играю на семплерах и на барабанах. Стиль трудно определить. Это - соединение большого количества различных ритмов.
|
